Кто наживается на России: "Партийные бонзы" с "золотым паспортом" никуда не исчезли
"Партийные бонзы" с "золотым паспортом" никуда не исчезли. Предприниматель Дмитрий Потапенко заметил, что данные представители "элитки" не только наживаются на России, но и подрывают доверие граждан к власти.
Мальтийское правительство обнародовало список лиц, принимающих участие в госпрограмме, в рамках которой можно получить «золотые паспорта» страны за инвестиции в экономику острова.
В этом перечне оказались и российские предприниматели. В частности, основатель строительных гипермаркетов «Петрович» Андриан Мельников, совладелец корпорации «Технониколь» Сергей Колесников и другие.
Ситуацию в беседе с корреспондентом Царьграда прокомментировал экономист, бизнесмен Дмитрий Потапенко. Он подчеркнул, что среднестатистический житель РФ вряд ли сможет претендовать на получение гражданства Мальты.
«Потому что обычно там инвестиции начинаются с полумиллиона долларов или полумиллиона евро — там есть разные программы. Есть и другой аспект, немаловажный, — раздражает ли среднего гражданина России это старое издание о главном? О том, что большая часть партийных бонз, часть элитки обладает иностранным гражданством. Да, это здорово раздражает. И ради Бога, если бы обладали, но если бы, по крайней мере, не костерили свою Родину (вторую или первую — уже сложно теперь сказать), то ещё куда ни шло», — подчеркнул предприниматель.
По его мнению, ключевой вопрос в данном случае связан с фарисейством обладателей «золотых паспортов». Более того, многие из них начинают играть против своей родины.
«Лицемерие разлагает общество в целом. Это является очень важным фактором того, что общество не верит ни в какие законы, ни в какую власть, какая бы власть — демократическая, патриотическая, либеральная, антилиберальная, консервативная — ни приходила в ближайшие десятилетия, годы. Нет того фундамента, того доверия. Поэтому, какие бы законы ни принимались, всё почти бессмысленно. Сначала необходимо десятилетия потратить на то, чтобы образовать функцию доверия, — это ключевой фундаментальный вопрос», — подытожил собеседник «Первого русского».