Фонд Гейтсов молчит, а люди умирают: Доктор в США указал на пугающие детали в терапии COVID-19

Доктор Шива Айадураи в эфире Next News Network заявил, что хотел бы открыть глаза на то, кто и как в США плевать хотел на чужие жизни. Он описал ситуацию, имея свой собственный опыт работы с больными COVID-19.

«Давайте вспомним наши четыре группы. Первая — те, кто только что подхватил COVID. То есть у них диагностировали COVID-19 по результатам теста на антитела или ПЦР-теста. Вторая группа — иммунокомпроментированные. Но есть ещё третья группа, заслуживающая самого пристального внимания: те, кто прямо сейчас находится в больнице в тяжёлом, крайне тяжёлом состоянии. И, как было сказано во вчерашнем репортаже US News, большинство из тех, кто находится на аппаратах ИВЛ, а именно —  95%, умрут. Как так получается?» — задался вопросом эксперт.

Чтобы разобраться, по его словам, следует обратиться к фундаментальной науке, о которой молчит фонд Гейтсов и Фаучи.

«О которой молчат и те фармаакулы, которые плавают вокруг Трампа. Обратимся к простейшим физическим принципам. Итак, люди тяжело больны. Как они дошли до такого состояния? Первое правило диагноста — проверь иммунную реакцию. В 99% случаев она будет нарушена. Что-то случилось с их иммунной системой. И что же дальше, как думаете? Помните, если все цилиндры нашего иммунного двигателя перестают работать слаженно, на каком-то из них происходит гиперреакция — цитокиновый шторм. Наши макрофаги и Т-лимфоциты перестают работать как следует, компрометируются. И у нас ещё есть ФНО-альфа, есть ИЛ1-бета. Это цитокины, или орудия, которые могут выдать гиперреакцию и начать атаковать собственные ткани наших лёгких», — объясняет процессы в организме Айадураи.

Затем он предлагает посмотреть, как этот процесс происходит в отдельно взятой альвеоле.

«Представьте, что у меня в руках такой красный шарик, через который в организм попадает воздух, кислород. Этот кислород идёт в капилляры, которые взамен отдают углекислый газ. Так в нашем организме образуется свежая кровь. Этот газообмен происходит в альвеоле. Вдруг налетает цитокиновый шторм. Что же теперь будет? А вот что. Шторм провоцирует отёк, и наша бедная красавица альвеола начинает заполняться отёчной жидкостью», — говорит врач.

После того как пациента в таком состоянии подключают к ИВЛ, происходит дальнейшая реакция. Но тут тоже не всё так просто, подчёркивает эксперт.

«Представьте, у нас есть маленький шарик, и он заполнен водой наполовину. Напряжём нашу память и вспомним всеми позабытый закон Бойля: давление обратно пропорционально объёму. Объём у нас уменьшился. При этом выросло что? Правильно, давление. Значит, подключаем мы человека к ИВЛ, который только высокое давление и производит, а у нас организм и так побит цитокиновым штормом и заполняется жидкостью. В итоге и без того высокое давление начинает ещё расти, усугубляя последствия цитокинового шторма. Организм разваливается на глазах», — поясняет Айадураи.

По его словам, железосодержащие группы в таком случае буквально вылетают прочь, и, как известно, все эритроциты содержат железы в виде гемгрупп — гемоглобин плюс железо, вентиляция же вызывает окисление, провоцируя окислительный стресс.

«Я сделаю ещё ролик с подробностями, но суть вот в чём. Аппараты ИВЛ убивают людей, особенно тяжелобольных. Однако для больничного начальства это колоссальные экономические возможности. Каждый поступивший аппарат ИВЛ — это деньги. Поэтому они накачивают спрос, взвинчивают цены. Это преступление. А решение-то элементарное — витамин С внутривенно. И это не то чтобы медицинское предписание или что-то подобное. Пусть просто литературу почитают. Сотни статей, сотни систематических обзоров. Даже в журнале американской медицины ассоциации «Джама», который на самом деле является изданием бигфармы, даже они осторожно, но признают, что витамин С даже в малых концентрациях оказывает терапевтическое действие — из расчёта от 15 до 30 граммов каждые шесть часов», — добавляет медик.

В своём письме президенту США Дональду Трампу он указал, что для получения терапевтического действия на протяжении 24 часов эту дозу витамина C необходимо увеличить примерно до 100 граммов.

«Можно выделить три его свойства. Это мощное противовоспалительное средство, мощный антиоксидант. И, как мы помним, злополучный цитокиновый шторм породил целую кучу окисляющих соединений. Так вот, витамин С «съедает» их все. Также он обладает иммуномодулирующим действием. То есть способен регулировать химические процессы на клеточном уровне. Так, например, он останавливает цитокиновый шторм, изымая из системы реакционно способные соединения кислорода, которые её окисляют. Наконец, он оказывает антивирусное действие. Он фактически останавливает репликацию РНК и вынос вируса вовне. Так почему же у нас всё делается не так? Над этим вопросом я призываю задуматься каждого, кто слушает эту трансляцию», — призвал Айадураи.